Мадина Аргун – режиссер-постановщик драматического театра. С 2000 года работает в Абхазском  Государственном театре. Ставила спектакли «Кролики и удавы», «Дочь Солнца», «Гарольд и Мод», «Кто из нас глухой», «Яйцо», а также детские спектакли. Кроме того, Мадина снимает документальные фильмы, а фильм «Люди в Черкессках» делала в соавторстве с Эльвирой Арсалия. Она принимает участие в постановке развлекательных передач, а также ставит театральные композиции к различным датам.

 Вика Думава, Мадина, как вы выбрали свою профессию?
- Можно сказать, случайно… Я не доверяю людям, которые, став успешными в профессии, рассказывают о себе сказочные «голливудские истории». Не мечтала о сцене и вовсе. В то время, когда настал момент выбора профессии, было модно стать адвокатом. Я тоже хотела последовать этому «тренду». Родители отговорили меня. В итоге было принято решение – «наша МадиКа поступит на иностранный». Целый год я посещала занятия по английскому языку. Самое приятное во всей этой истории то, что идти к репетитору было не далеко – в соседний дом.  Я с удовольствием слушала рассказы соседок, которые собирались у моей гостеприимной «репетиторши». У нее всегда было вкусное варенье к чаю! И как-то раз, сидя у телевизора, я услышала объявление о наборе абитуриентов в театральный институт. Возможно, единственное, что отличало этот день от обычного дня в моей жизни - это то, что тогда я приняла свое первое сознательно-ответственное решение.

Что из того, что вами сделано за это время, вы цените больше всего?
- Я трепетно отношусь к тому, что делаю вообще. Люблю бесконечно то, чем занимаюсь. Ценю минуты и часы репетиций или съемок. Ценю те эмоции, что испытывала я и мои коллеги рядом со мной. Редко пересматриваю свои работы. Особенно те, что остались на видео, ведь их уже не переделать, не доработать.  А театральные работы приходится смотреть, потому что здесь, в театре, у тебя есть вся жизнь для того, чтобы исправиться. 

 Я знаю, вы ставили спектакли кукольного театра. И они шли на сцене Государственного Абхазского театра. А сейчас вы не занимаетесь этим направлением?

А над чем вы сейчас работаете?
- Над собой!) А если серьезно (хотя, работа над собой – мое самое ответственное занятие), наконец, открыт мой родной театр! …

Какие режиссеры произвели на Вас впечатление в последнее время?
- Если говорить о театральных режиссерах - это Римас Туминас. Может быть, я не оригинальна. (Римас Туминас один из серьезнейших режиссеров и не обделен любовью миллионов зрителей). Но мне так понятно то, что он делает, этот его «ассоциативный ряд»…Это мой режиссер! 

  

Что вас вдохновляет? Какие радости приносит ваша профессия?
- Для меня вопрос «прихода и ухода вдохновения»  - абсолютно технический вопрос. Человек, любящий свою работу, никаких других вариантов для себя не ищет, у него есть острая и щемящая потребность «поработать». Другое дело, если ты -  лентяй. Тогда, конечно, на помощь приходит, простите за слоган, «отмазка» для других и, порою, для себя самого: «НЕТ ВДОХНОВЕНИЯ!» То «вдохновение», что знакомо мне – это когда, в процессе работы, ты находишь надежные, остроумные и добрые решения. Тогда в душе твоей начинает такое происходить, что очень трудно себя потом остановить, и даже жалко становится оставлять свою работу, когда ты видишь на мониторе компьютера, который уже час… Ведь на следующий день, ты приходишь в другом настроении и повторить, ту, вчерашнюю эмоцию, уже невозможно. Но "колесо вновь заводится", и что-то новое начинает принимать отчетливые очертания. Вот эти эмоции радости приносит мне моя работа.

А какие есть ограничения и сложности?
- Абхазский театр очень ограничен выбором национальной драматургии, и в этом большая сложность. А разве нам, абхазам, нечего рассказать миру и самим себе?! Режиссеры абхазского театра вынуждены создавать пьесы на основе прозы наших писателей. Как эксперимент – это вещь стоящая, но ее невозможно ставить на «поток». С другой стороны, зашла я недавно в наш театральный музей. Там представлено много абхазских авторов. К огромному сожалению, их, порой, очень талантливые произведения, являются художественной литературой или же искусно написанными диалогами, а драматургии-то в них нет. Вот именно в этом я вижу сложности для реализации и популяризации национальной идеи в целом.

 
Есть ли у Вас желание передавать свое мастерство ученикам?
- Возможно, если бы я не оставила аспирантуру в ГИТИСе, где получила бы преподавательскую степень, я занялась бы этим. Когда ты получаешь сертификат о квалификации – это как-то «развязывает руки», что ли. Для меня преподавательская деятельность, пока - непозволительная роскошь, потому что мешает страх «испортить» человека. Быть режиссером для актеров – это другое. Ты ведешь дело с профессионалами, с которыми уже успел поговорить на одном языке - сценическом. Но Ваш вопрос родил во мне мечту! Я представила себя, старенькой, обаятельной старушкой, приходящей в свой маленький театрик, где два а, может, и три десятка юных глаз ожидают, что Суриевна (мое отчество) придет и расскажет, что же, все-таки такое – ТЕАТР. К тому времени, может быть, я хоть немного приближусь к разгадке таинства театрального действа!

Есть ли у Вас творческая мечта?
- Пытаюсь придерживаться намеченного графика своих работ. Все, что планирую осуществить, для меня очень ценно. (Ухожу от Вашего вопроса, потому что не знала на него ответ)... Но, все же вот сейчас поняла в чем скрыта моя творческая мечта. Я мечтаю сыграть на сцене! Да, сыграть,  рольв качестве актрисы. Такую роль, где можно прожить другую жизнь, которую не проживаешь сам. 

Как Вы видите свое дальнейшее развитие в профессии?
- Развитие в профессии достигается только одним способом – больше работать, ошибаться и не обижаться на себя за это, а изучать причины и следствия. Важно не потерять интерес. Это единственный двигатель на пути к чему-либо. Мне пока очень интересно.

А какие новшества или изменения в современном театре Вас привлекают. Возможно, есть театры, которые вы можете особо выделить в связи с этим?
- Сама я практикую, так называемые, «ноу хау» в сценическом пространстве. Например, введение в театрализованное действие видеомониторов и т.д. Но, сдается мне, что это недолговечная перспектива, естественно, если мы говорим о театре. В наше время столько разнообразных течений, движений и перевоплощений, что ты вовлечен в эту «игру». Тебе интересно исследовать эту ткань. Но по-настоящему сложной задачей я считаю - сделать что-то живое, настоящее, как раз без такого рода приспособлений упрощающих «жизнь». Я за новаторство, но я и за то, чтобы не заблудиться в погоне за «фишками» и ни на минуту не прекращать расследования по делу ЧЕЛОВЕКА.

В век информационных технологий каковы перспективы национального театра?
- Театр во все времена был и остается единственным жанром искусства, в котором сочетаются такие жанры как: живопись, пластика, музыка, слово и действие. Мне, наверное, тяжело признаваться в том, что сейчас театр, особенно у нас, является площадкой, куда приходят за развлечением. Я искренне верю в то, что театр несет свет немного другого характера.  Этот свет намного ярче, чем мы себе это представляем. Я хочу, чтобы этот свет увидел и глубоко прочувствовал наш зритель. Я понимаю, насколько сложно театру конкурировать с «легким жанром». Но Театр выживет, и к нему, рано или поздно, вернутся все «заблудшие души». Собственно говоря, если бы я в это не верила, не служила бы в театре. Нужно немного подождать, совсем чуть-чуть…

Ваши пожелания нашим читателям…
- Одно пожелание: придите в театр и получите (почти задаром) в подарок бесценный свет, которым с вами делится актер! 

 

Вика Думава, живет в Сухуме, мечтает написать книгу об известных современниках.