Надежда Венедиктова

На этих фотографиях не кадр из фильма о нищих в Индии, это барак по сухумской ул. Адлейба, дом 482А, и живет в нем не бомж, а главный специалист отдела «Фонды геологии» Госуправления РА по землепользованию и кадастру Наталья Лебедева. Ей 80 лет, и почти 60 из них она работает в этой системе, начав работать еще в советском Госуправлении по геологии, геодезии и картографии в 1971 году.

17 лет она стояла в очереди на жилье, получила ордер на однокомнатную квартиру в пятиэтажном Доме геологов в июне 1992, но не успела заселиться, так как не были подведены коммуникации и не закончена внутренняя отделка. А потом началась война.

В городе уже были танки и хаос, но Лебедева пешком через весь город пришла на работу в Келасур, упаковала часть секретных карт по Абхазии в клетчатые сумки и вернулась домой, стараясь пробираться незамеченной. На следующий день она забрала оставшиеся карты и постаралась спрятать их по надежным знакомым. Когда грузины очнулись и стали искать их в Управлении, уже было поздно.

Лебедева сохранила ордер на квартиру, но, когда предъявила его после войны, он не произвел впечатления на тех, кто занимался распределением жилья, и она осталась при своем бараке, пережившем прямое попадание снаряда в крышу с торца. Время было горячее, надо было восстанавливать разрушенную войной страну, и Лебедева включилась в работу – не привожу тут список работ, в которых она участвовала, места не хватит, упомяну лишь карту «Электроэнергетика Абхазии» (масштаб 1:2000), которую она сделала в 1994-95 годах и которая до сих пор висит на стене в Черноморэнерго.

Лет десять назад, когда барак начал активно разваливаться, она пришла на прием к тогдашнему мэру Сухума Алиасу Лабахуа, но он честно сказал, что может только поставить ее на очередь, но вряд дли эта очередь подойдет раньше, чем через 20 лет. Она легкомысленно отказалась.

Сейчас барак готов рухнуть ей на голову, воды в нем давно нет, и она таскает ее ведрами по шаткой лестнице (см. 2-е фото) на второй этаж, туалет на улице. В свои 80 она продолжает работать, да еще преподает черчение в средней школе № 12, за что имеет грамоту от сухумского гороно.

С одной стороны, ее можно включить в книгу рекордов Гиннеса, ибо вряд ли кто еще таскает в 80 лет воду ведрами по утлой деревянной лестнице, с другой, возникает вопрос – должно ли государство отвечать за свои обязательства перед человеком, который работал на него почти 60 лет?

Лебедевой нужно ждать, когда барак окончательно рухнет ей на голову, и тогда хоть кто-то придет на похороны, чтобы заметить в ней человека?

Или все-таки государство заметит ее и даст хоть какое-то сносное жилье? Должен же быть у городской администрации жилой фонд для экстренных случаев типа пожаров и землетрясений.

Любопытно, что когда после войны население Абхазии уменьшилось вдвое, жилья стало не хватать, но не всем, а тем, кто социально незащищен и не бьет себя в грудь. Но, наверное, в 80 лет бить себя в грудь уже поздно, не научишься. А вот государству хорошо бы поиметь совесть…