Надежда Венедиктова

Недавно опять гостила у друзей в Меркуле и, пользуясь роскошной осенней погодой, прогулялась по деревне, не очень скромно заглядывая в чужие дворы и вступая в ознакомительные беседы. Конечно, осень украшает любую деревню – оранжевые плоды хурмы, фейхоа, еще не везде собранные изабелла и качич, набирающие спелость цитрусовые. Не очень заметны даже последствия клопа-вонючки и американской бабочки, которая в этом году буйствовала почти по всей Абхазии – даже у себя в городском дворе я регулярно лазала на яблоню и алычу, отпиливая обглоданные ветки.

В целом Меркула производит впечатление зажиточной деревни – ухоженные дворы, крепкие дома, некоторые даже не без своеобразного изыска, у одного хозяина даже подходы к дому оформлены в виде аллеи из посаженных с обеих сторон цветущих канделябров юкки славной, а сверху огромная беседка, еще только начавшая зарастать виноградными лозами. Видно, что хозяева уже заботятся о внешней красоте своих жилищ и не жалеют для этого усилий.

Я приезжаю в гости к Руслану Гергия и его жене Ольге Корнеевой, каждый раз с удовлетворением убеждаясь, как за последние десятилетия изменилась жизнь в деревне, даже с учетом развала СССР и последствий грузино-абхазской войны. Когда Руслан вернулся домой из России, окончив строительный институт в Горьком (ныне Нижний Новгород), ни у кого в деревне не было водопровода – все таскали воду ведрами из ручья. И считали, что это в порядке вещей.

Руслан в тайне от отца уговорил мать дать ему деньги, отложенные на покупку буйвола, и собственноручно провел воду от ручья в дом – это не менее км. Трубы тогда были металлические, работенка на пересеченной местности, а дом на холме, была не из легких.

Узнав, что он потратил буйволиные деньги на водопровод, деревня была в шоке от этой, по их мнению, глупости. Но через год один сосед попросил врезаться в трубу, потом второй, и скоро вся улица сидела на водопроводе Руслана. Сейчас почти у всех есть современный душ и стиральная машина, горячая вода тоже не редкость, про автомашины и не говорю – это само собой.

В послевоенные годы никто в Меркуле не продал и не бросил родительский дом, большинство продолжает жить и работать в деревне, и работать по полной программе – с раннего утра и до темноты. У одного соседа 15 буйволов и тридцать коров – представьте себе объем работы на одну семью, круговерть несусветная! Другой в этом году вырастил более 50 тонн арбузов и продал их в Пицунде и Гагре; третий зарабатывает на мандаринах и орехах; четвертый держит индюшек в дополнение к огромному саду и так далее. Жаль, никак не доберусь в гости к бывшему вице-спикеру парламента Эмме Гамиссония, у ее мужа-агронома родительский дом в верхней части Меркулы, и там растет все, что нужно для жизни!

Сам Руслан Гергия построил на месте старого отцовского просторный современный дом, оборудованный по последнему слову техники; кабельный интернет из Очамчиры, роскошный цветник перед домом, не уступающий европейским образцам, обширный сад, куда Руслан мчится каждый вечер, возвращаясь из Сухума; они с женой ведут насыщенную жизнь людей, успевающих вкусить городской культуры и поработать на земле, наслаждаясь чистым горным воздухом и мышечной радостью.

Вот я и думаю, может быть, возрождение Абхазии начнется в деревне, где соседи доверяют и помогают друг другу, где твой достаток напрямую зависит от твоего труда, а современная техника позволяет общаться со всем миром? Во всяком случае, Меркула – прекрасный пример того, как люди продолжают жить на земле предков, пользуясь всеми благами цивилизации.