Надежда Венедиктова

К черту все нашу неразбериху, хочется написать о чем-то хорошем и даже трогательном. Прополоскать себя в чистой воде.

Буду писать о Низаме Хапате, чтобы отдохнуть в человеческой норме и прелести. Я наблюдаю за ним уже несколько лет, с тех пор как он стал членом Общественной палаты. Молодой абхаз, приехавший на историческую родину из Турции, женившийся на местной абхазке и ставший бизнесменом, отец троих детей – казалось бы, ничего особенного, таких биографий не один десяток. Деловая хватка турецких абхазов заметна на нашем внутреннем рынке, хотя крупных воротил и нет – условия для них не очень: безопасность не гарантирована, феномен «занято» продолжает действовать и препятствует многим начинаниям.

В Низаме привлекает его человеческая добротность. Он расположился в жизни основательно, врос в нашу почву, напоминая крепкое плодовитое дерево, у которого не только стабильный урожай, но и густая крона, дающая прохладную тень в зной и надежное укрытие в дождь. Его выступления в Общественной палате всегда взвешены и заточены на общее благо – видно, что он по-настоящему озабочен  развитием страны, он думает, оценивает, предлагает; при этом никогда никаких задних мыслей, раздражения, попыток уколоть кого-то – Низам добродушен и открыт, рядом с ним спокойно, это дружеское плечо, на которое можно опереться в трудную минуту.

Он добротен и как профи – его база строительных материалов отвечает за их качество. За 8 месяцев этого года построил с нуля гостиничный комплекс Akua-Resort – в условиях Абхазии это рекорд. Из 32 номеров пятнадцать уже заняты! Я осмотрела все – никакой аляповатости в оформлении, строгая элегантность и продуманность, даже в бюджетных номерах есть все – от панельного телевизора до кондиционера. Комплекс на Маяке, далеко от центра, зато самое чистое море в пределах столицы, воздух без выхлопов и тишина-а. Бассейн, детская и волейбольная площадки, вся территория огорожена и охраняется, видео-контроль – безопасность такого уровня в нашей стране еще редкость. К следующему сезону засадят обильной растительностью, и вообще будет оазис.

Конечно, проблем у Низама до черта – заниматься бизнесом в частично признанной стране во время экономического кризиса и законодательных экспериментов власти очень сложно: ты как в пляшущей лодке среди бушующих волн. Представляю, как ему, выросшему в жесткой законопослушной стране, временами сложно в атмосфере нашей расслабленности, когда люди десятилетиями не возвращают кредиты, когда чиновники не несут ответственности за злоупотребления и так далее. Но желание жить на родине, среди своих пересилило все это – Низам работает без выходных, крутится как белка в колесе, строит будущее всерьез и надолго.

В моем   представлении Низам – это пример уверенного стабильного возвращения на родину потомка махаджиров, выполнившего страстное желание своих предков. И сделал он это без надрыва, упорно, методично, уповая только на свои руки и голову, словно им двигает историческая пружина, до предела сжатая полтора века назад и теперь распрямляющаяся в свое естественное состояние. Кровь и душа его предков вернулись домой, пережив все испытания и мировые катаклизмы.