Надежда Венедиктова

Не хотелось портить праздник окружающим, поэтому молчала всю неделю об этом. В прошлый понедельник на берегу ко мне подошел знакомый и с возмущением рассказал, что его давнего знакомого, перевезенного из тюрьмы в  Республиканскую  больницу, обнаружили  не только умершим, но и прикованным к постели за руку.

Я не поверила. В нашей маленькой стране, где общество насквозь пронизано родственными, клановыми, соседскими, приятельскими и прочими отношениями, именно эта пронизанность в какой-то мере удерживает от слишком резких действий, ибо зачастую потом есть кому предъявить претензии за содеянное.

Но родственники подтвердили. История вкратце такова. Прошлым летом к Фазлыбею  Агумаа, жителю села Асичко, более известному как Фокс, приехала целая милицейская бригада. Засняли на видео его домашнее поле конопли и арестовали его. Потом показывали по государственному телеканалу, как рьяно милиция борется с наркотиками. То, что 53-летний Фокс, пристрастившийся к преступному зелью, как и многие,  во время войны, был уже глубоко больным человеком и выращивал травку исключительно для собственного пользования, осталось за кадром. Я никогда не слышала, чтобы был арестован крутой распространитель наркотиков, на совести которого десятки загубленных жизней, но на больном Фоксе отыгрались по полной.

В середине апреля ему стало так плохо, что его отправили в Республиканскую больницу. Последние 8 дней он находился в коме, но и в этом состоянии его продолжали охранять люди в штатском, словно Фокс был страшным террористом, убийцей и находился в международном розыске. В ночь на первое мая оставшийся с ним милиционер не выдержал праздничного одиночества, приковал Фокса к кровати и пошел домой праздновать светлое Христово воскресенье. Когда в 12 часов дня Фокс умер, обнаружили, что он прикован, и  несколько часов не могли найти тех, у кого был ключ от наручников. 

Жесткая ирония истории в том, что Фокс умер на Пасху – по христианскому поверью, так происходит со святыми, и они сразу попадают в рай. Фокс не был святым. Я никогда не видела его, но наслышана о его буйном нраве – скорее всего, он далеко не был идеальным членом общества. Именно его буйный нрав позволил ему лихо воевать в Пицундском батальоне, среди прочих его подвигов высадка с вертолета на Ахбюк, где он был ранен в ожесточенном бою.

Участие в войне не индульгенция об отпущении грехов, но, наверное, начинать зачистку наркотических рядов нужно не с пожилых и больных участников войны, которые тихо доживают по своим отдаленным селам. Каждый из нас знает кучу наркоманов, которые живут вокруг, многие из них сидят за рулем и становятся «героями» автомобильных катастроф с гибелью ни в чем неповинных людей. Еще страшнее торговцы наркотиками, которые живут припеваючи и даже не очень скрывают свой «бизнес». Однако их почему-то не арестовывают –  ни показательно, ни просто так.

Как должны теперь жить дальше жена и сын покойного, его родной брат, видевшие прикованное к кровати мертвое тело родного человека? Это же не фильм ужасов, который быстро забывается, это жестокая реальность праздника, которая остается в памяти, как кровоточащий рубец.