Надежда Венедиктова

За последние дни уже несколько человек сказали мне, что мы на грани гражданской войны. Если через 23 года после победы в войне мы скатимся в хаос братоубийственной смуты, это будет означать, что мы ничему не научились и тысячи наших молодых сограждан погибли напрасно.

Это будет означать, что личные интересы и жажда власти и денег для нашей политической элиты и ее сторонников (это касается обеих противоборствующих сторон) гораздо важнее интересов народа и страны. Вот такая жесткая раскладка.

Простым людям от всех этих политических метаний лучше не становится. Вчера проезжала в троллейбусе мимо нового стадиона и наблюдала, как водитель пытается объехать сплошные ямы – троллейбус трясло, как в лихорадке, и нас трясло вместе с ним. А ведь это одна из центральных трас в столице. Подозреваю, что суммы, которая ушла за последние месяцы на покупку новых иномарок для госчиновников, вполне хватило бы на добротный ремонт центральных улиц.

Мы продолжаем жить по понятиям, а не по Закону. Мало того, что это радикально мешает развитию страны и повышению благосостояния народа, это еще и вымывает из Абхазии молодых профессионалов – многие не видят себя в этой анархической среде и уезжают. Тревожная тенденция, ставящая под реальную угрозу будущее страны. Мы все время жалуемся на недостаток квалифицированных кадров и сами своим политическим безволием способствуем их отъезду.

Люди на улицах говорят, что за год, прошедший после ухода Анкваба из власти, ничего не изменилось. Это не совсем так, в каких-то областях действительно есть прогресс, но этого недостаточно.

Абхазия не стала территорией Закона, как это было заявлено в предвыборных обещаниях, и ее движение в этом направлении было резко остановлено отставкой министра внутренних дел Рауля Лолуа. МВД и так работало в очень сложных условиях – резко не хватало финансирования и опытных кадров, привыкший к беспределу криминал сопротивлялся отчаянно, не было последовательной поддержки власти и общества.

Столкновение ГСО и МВД превратилось в тест для нового президента. Откровенно встав на сторону своей личной охраны, Рауль Хаджимба продемонстрировал, что личные связи остаются более значимыми, чем закон.

Это большое разочарование.

Это большой подарок для оппозиции.

Это очередное подтверждение того, что власть меняет человека чаще, чем человек меняет власть.

И это, по большому счету, вызов президента самому себе – его многолетнему стремлению к власти, его обещаниям и его человеческой сути. Если он не хочет остаться в истории Абхазии очередным проходным президентом, он должен отрефлексировать происходящее и подтвердить реальными действиями, что Анкваба убирали не ради теплых кресел, а для утверждения закона в нашей жизни.