Наши сограждане, которые снесли в эти выходные два столетних дома, вызывают, честно говоря, не только гнев, но и глубокое удивление. Этот поступок означает, что они оба живут вне истории, вне культуры, вне общества, они существуют сами по себе и им на все наплевать. Они не ощущают неповторимую атмосферу города, которая складывается веками, тысячелетиями из усилий многих поколений и незаметно, исподволь формирует следующие поколения. Эта атмосфера пронизывает повседневную жизнь горожан и без пафосных заявлений учит их любить свой город, отдавать ему свое внимание и свой труд и в ответ подпитываться  тончайшими наслоениями исторического облика.

Несколько лет назад мои московские приятели-философы попросили меня приютить на несколько дней польского аспиранта, приехавшего в АГУ. В свободное время он прогулялся по городу и, вернувшись, с восторгом и удивлением сказал: «Как много у вас красивых зданий! Конечно, разруха, общая неухоженность, но у вашего города есть свое выражение лица». Услышать это от молодого поляка, успевшего поучиться во многих европейских городах и знающего архитектуру Варшавы и Кракова, дорогого стоит. Посторонний человек оценил прелесть нашей столицы, а наши земляки уничтожают ее без всякого стеснения.

То, что оба владельца исторических домов снесли их даже без каких-либо разрешительных документов, свидетельствует об общей слабости власти и общественного мнения. Да,  теперь по предписанию Госуправления по охране историко-культурного наследия и Тамаз Ткебучава, и Беслан Абхазава должны восстановить здания в первоначальном облике за свой счет, но у нас большие сомнения, что это произойдет на самом деле.

К сожалению, в отличие от многих стран, где Охрана памятников пользуется непререкаемым авторитетом, у нас к этой институции многие относятся как к декоративной детали. Слабость исполнительной власти и отсутствие некоторых нужных законов создают благоприятную ситуацию для людей, лишенных элементарного художественного чутья.

Наверное, имеет смысл добавить к общественным формам возмущения и что-нибудь посущественнее – например, ввести ежегодное присуждение звания «Беспредельщик года» (варианты номинации можно обсудить в Интернете и в прессе), чтобы страна знала своих антигероев в лицо.

Если мы не поставим хотя бы жесткий общественный заслон подобным явлениям, то уже следующее поколение будет расти в безличном городском пространстве, и нашим потомкам будет непонятна наша нежность к Сухуму, чарующему нас старинными фасадами и грацией сбегающих к заливу улочек.

Надежда Венедиктова